Генеральный директор НОВАК, член общественного совета министерства финансов России Анастасия Русакова для Агроинвестора: "АПК предстоит усилить управление рисками, чтобы справиться с новыми вызовами"

В прошлом году рост сельхозпроизводства оказался выше прогнозов: сказался хороший урожай, несмотря на снижение сборов на Юге из-за неблагоприятных погодных условий. При этом в животноводстве динамика замедляется — внутренний спрос ограничен, а экспорт увеличивается недостаточно быстро. Сложные макроэкономические условия, все еще высокая ключевая ставка и снижение рентабельности сдерживают инвестиции, и их быстрого восстановления ждать не стоит

По предварительным данным Росстата, производство продукции сельского хозяйства в прошлом году увеличилось на 4,9% в сопоставимых ценах. В 2024-м отрасль показала снижение на 3,3%, в 2023-м — прибавила 0,2%. В том числе производство продукции растениеводства в 2025-м выросло на 9,2% (годом ранее было снижение на 6,2%), животноводства — на 0,1% (+0,5% в 2024-м). Валовой сбор зерновых и зернобобовых культур составил 138,76 млн т в весе после доработки, в том числе 90,9 млн т пшеницы, оценило статведомство (предварительные показатели, без учета новых регионов). В 2024-м было собрано 125,9 млн т зерна, включая 82,6 млн т пшеницы. Урожай подсолнечника составил 17 млн т против 16,9 млн т в 2024-м, сои — 8,96 млн т против 7,1 млн т, рапса — 5,6 млн т против 4,7 млн т. Валовой сбор сахарной свеклы снизился с 45,1 млн т в 2024 году до 43,6 млн т, картофеля — вырос с 17,8 млн т до 19,5 млн т, овощей — уменьшился с 13,9 млн т до 13,8 млн т. Урожай плодов и ягод оценивается в 4,3 млн т против 4 млн т годом ранее.

Производство скота и птицы на убой во всех хозяйствах по итогам прошлого года снизилось на 0,2% относительно 2024-го и составило 16,88 млн т в живом весе. В том числе в свиноводстве прирост составил 0,2%, до 6,29 млн т, в птицеводстве — 1,8%, до 7,3 млн т. Производство КРС на убой сократилось на 5,3%, до 1,26 млн т. Валовой надой молока в прошлом году увеличился на 0,5%, до 34,2 млн т, производство яиц — на 4,3%, до 48,6 млрд штук.

Показатели лучше ожиданий

Заметный прирост производства продукции сельского хозяйства в 2025 году был закономерен после 2024-го, когда погодные условия сложились для растениеводов не самым удачным образом, комментирует ведущий аналитик Россельхозбанка Андрей Дальнов. «В целом довольно выраженные колебания этого показателя объясняются в большой степени именно погодными условиями, которые в перс пективе нескольких месяцев очень мало предсказуемы, — отмечает он. — Если говорить о долгосрочном тренде, то сельское хозяйство стабильно растет в реальном выражении более чем на 2% в год. Поступательная динамика объясняется интенсификацией в растениеводстве, где повышается использование удобрений и энергоемкость. При этом производство в закрытом грунте увеличивается опережающими темпами — здесь рынок сохраняет потенциал роста по овощам, ягодам и цветам».

Прошлогодний результат роста в агросекторе значительно превысил консервативные прогнозы (+2-3%) и стал возможен благодаря хорошему урожаю зерна (около 142 млн т с учетом новых регионов). Также значительно возросли сборы сои, рапса, гороха, ячменя, перечисляет управляющий директор Центра компетенций в АПК «Рексофт Консалтинг» Дмитрий Краснов. Однако такой значимый показатель в растениеводстве может рассматриваться как успех только в случае его конвертации в высокие доходы от реализации, в том числе экспорта, а следовательно — в повышение доходности с гектара для сельхозпроизводителя, обращает внимание он. «Например, рекордные 8 млн т собранных зернобобовых не нужны ни на внешнем, ни на внутренним рынке, а текущая цена и возобновление поставок канадского гороха в Китай не оставляют производителю шанса получить нормальный доход от произведенного объема», — комментирует он.

Ведущий научный сотрудник Центра агропродовольственной политики Института прикладных экономических исследований РАНХиГС Денис Терновский, напротив, считает, что темпы роста производства продукции сельского хозяйства оказались близки к ожиданиям, по крайней мере к тем, которые сформировались в середине 2025 года, когда стало ясно, что относительный неурожай зерновых на Юге будет в достаточной степени компенсирован за счет других регионов. «Растениеводство идет к предсказанному аналитиками плато в 150 млн т зерна, но есть вопросы — сможет ли оно пробить его дальше с технологической точки зрения и будет ли это выгодно экономически, с учетом того, что урожаи растут не только в России, и на мировом рынке есть более дешевое зерно», — рассуждает эксперт.

Директор по аналитике Инго Банка Василий Кутьин тоже думает, что показатели Росстата о росте производства продукции сельского хозяйства по итогам 2025 года в целом соответствуют оптимистическим прогнозам и ожиданиям. Эти достижения стали возможными благодаря ряду факторов, включая улучшение агротехнологий, поддержку государства и адаптацию к изменяющимся условиям рынка, комментирует он. Однако рост базовых сегментов АПК на данном этапе близок к исчерпанию, продолжает Кутьин. Потребление продуктов питания в стране находится на относительно стабильном уровне, импортозамещение большинства категорий уже произошло, а экспорт хоть постепенно и увеличивается, но подвержен колебаниям из-за сложной геополитической обстановки, поясняет он.

Темпы роста в животноводстве уже закономерно замедляются, говорит Дальнов, отмечая, что это ожидаемый тренд на зрелом рынке, хотя его потенциал еще далеко не достигнут. «Отрасль последовательно поставила в последние два года ряд рекордов потребления на душу населения. Производители мяса достигли уровня в 82-83 кг, производители молочной продукции — примерно 255 л. В прошедшем году особенно отличились производители яиц — потребление и здесь, по нашей оценке, выросло до абсолютного рекорда в 303-305 штук», — добавляет он.

«Поводов для оптимизма мало»

Надежда Каныгина, Аналитик Института комплексных стратегических исследований

Вряд ли прошлый год можно охарактеризовать как «успешный» для АПК. Россия впервые за последние пять лет стала нетто-импортером продуктов питания. Рентабельность большинства ключевых отраслей низкая, зачастую даже меньше размера ключевой ставки. На фоне неблагоприятной конъюнктуры отмечался достаточно массовый уход игроков с рынка, соответственно, это негативно сказывается на состоянии конкуренции в отрасли. Многие, в том числе крупные игроки, сообщали о решении отложить инвестиционные проекты. Также наблюдалось сокращение объемов кредитования и существенный рост просроченной задолженности у фермеров. Так что поводов для оптимизма мало.

Инвестиции в создание новых мощностей сокращаются из-за высокой стоимости заемных средств. Масштабные проекты реализуются преимущественно крупнейшими игроками, отмечает Власов. В то же время, по его словам, наблюдается активность в нишевых секторах, например, в производстве тепличных цветов. «С другой стороны, наблюдается высокая M&A активность в отрасли. При этом покупателями выступают как крупнейшие агрохолдинги, так и непрофильные инвесторы», — добавляет он.

По консенсус-прогнозу экспертов ЦБ, в ближайшие годы нас ждет продолжение роста реальной заработной платы на 2-3% в год. Это может говорить о стабильном увеличении спроса на внутреннем рынке, даже если численность населения останется константой, рассуждает Дальнов. «Если взять за основу оценки разброс потребления в зависимости от уровня доходов, то можно утверждать, что наиболее высоким инвестиционным потенциалом обладают проекты, направленные на производство или развитие инфраструктуры поставок рыбы, фруктов и ягод, овощей, молочных продуктов и мяса», — перечисляет он. По этому же показателю (потребление в зависимости от дохода) наименее привлекательны проекты, связанные с производством хлебной продукции. «Рынок в целом насыщен. Но здесь могут быть яркие исключения в отдельных регионах или сегментах, — допускает эксперт. — Например, на данный момент много хорошего сказано специалистами в области питания о ржаном хлебе, который по каким-то причинам в последние годы оказался недооценен рынком, и здесь может формироваться хороший потенциал для относительно небольших локальных проектов».

Если говорить о внешних рынках, то в странах Африки и Азии с каждым годом заметно повышается численность населения и его покупательная способность, продолжает Дальнов. Это говорит о том, что зарубежные рынки растут, на них появляются новые ниши, требуется больше как базовой продукции, так и продукции с добавленной стоимостью. «Это можно интерпретировать как довольно четкий сигнал к экстенсивному расширению растениеводства открытого грунта в среднесрочной и долгосрочной перспективе», — считает эксперт.

Вызовы те же

По мнению Краснова, в 2026 году основными вызовами для АПК останутся как климатические, внешние риски, неблагоприятная ценовая конъюнктура по ключевым базовым позициям производства и экспорта, так и общеэкономические проблемы и ужесточение регулирования. «Если смотреть на внешнюю конъюнктуру, то в этом году для российского АПК базовый риск ценовой, — комментирует он. — По зерновым на мировом рынке формируется комфортный уровень предложения и рост запасов. ФАО прямо указывает повышение отношения мировых запасов к потреблению до 31,8% (максимум с 2001 года), что ограничивает потенциал роста цен и давит на экспортную маржу. В целом в 2026 году цены на сырьевые товары, скорее всего, продолжат снижаться».

Что касается общеэкономических ограничений, то АПК продолжит испытывать дефицит квалифицированных кадров. Также останутся актуальными проблемы высокой стоимости капитала и сложности с импортом комплектующих. «Это и дальше будет сдерживать рост инвестиций в отрасль», — говорит эксперт. Одновременно с этим вводятся новые правила: обязательная цифровая регистрация племенного скота, маркировка ветеринарных препаратов, нормативы для кормов — с 2027 года без выполнения этих норм доступ предприятия к господдержке может быть ограничен, предупреждает он.

Дальнов говорит, что перед растениеводами в этом году стоят обычные вызовы, связанные с погодными условиями. «Диверсификация производства по регионам и видам продукции кажется в этой связи разумной стратегией, — думает он. — Наши растениеводы разнообразят ассортимент за счет наращивания производства риса и зернобобовых культур, но, возможно, имеет смысл экспериментировать больше». Для многих участников рынка мяса в прошлом году стало сюрпризом возвращение импорта как одного из факторов формирования цены сырья в мясопереработке, продолжает он: Китай, несмотря на отмену беспошлинной квоты на ввоз бройлера, поставил более 100 тыс. т куриного филе. В этом году рост поставок может продолжиться, предупреждает Дальнов: Китай интенсивно наращивает и производство, и экспорт курицы на мировые рынки. «На внутреннем рынке Китая филе не пользуется спросом, поэтому китайские поставщики готовы давать большую скидку к цене на нашем рынке при сохранении текущего низкого курса доллара, — поясняет эксперт. — С учетом положительной ожидаемой динамики российского производства как свинины, так и птицы рост импорта представляется дестабилизирующим фактором для рынка мяса в целом».

Большим вызовом последних двух сезонов стала сниженная маржинальность производства зерновых — с 85% в сезоне 2020/21 до 8% в 2024/25. Это привело к сокращению доли зерновых в структуре посевов, и прогнозируется ее дальнейшее уменьшение в пользу масличных и нишевых культур, обращает внимание исполнительный директор практики АПК компании «Технологии Доверия» Илья Строкин. «Мы также наблюдаем деинтенсификацию агротехнологий возделывания зерновых в связи с экономией аграриев на СЗР, удобрениях, агротехнологических операциях, что ведет к ослаблению устойчивости к негативным (опасным) природным явлениям, сокращению урожайности и дальнейшему падению рентабельности, — предупреждает эксперт. — Дальнейшее уменьшение инвестиционной привлекательности зерновых и последующее сокращение площади их сева может привести к сокращению экспорта и потере Россией лидирующих позиций на мировом рынке». Одним из факторов снижения привлекательности выращивания зерновых Строкин называет вывозную таможенную пошлину. «Вызов в новом сезоне при довольно консервативных прогнозах на рост мировых цен на зерновые — поддержать маржинальность растениеводов. Видимо, требуется либо трансформировать регулирование через пошлину, либо обеспечить аграриев господдержкой», — добавляет он.

В животноводстве ключевым вызовом является возможность увеличения или сохранения рентабельности: себестоимость производства выросла, однако на фоне высокой конкуренции производителям сложно увеличивать цены, комментирует Константин Власов. В связи с этим в среднесрочной перспективе можно ожидать дальнейшей консолидации в отрасли, считает он. Также одним из вызовов остается высокая стоимость заемных денег, которая затрудняет как реализацию новых инвестиционных проектов, так и модернизацию существующих объектов.

По мнению Андрея Недужко, ключевым вызовом 2025 года стали экстремальные погодные условия, которые второй год подряд оказывали серьезное влияние на сектор растениеводства и садоводства на юге России. Кроме того, отрасль работает в сложной макроэкономической ситуации: высокая ключевая ставка ограничивает инвестиционную активность, себестоимость производства растет темпами, опережающими инфляцию. Также существенное влияние оказывают некоторые регуляторные изменения, например пересмотр подходов к субсидии на литр товарного молока для крупных производителей молока. Есть и системные проблемы, которые существуют не первый год, например дефицит кадров, перечисляет топ-менеджер. «Можно предположить, что в 2026 году значительная часть долгосрочных факторов продолжат влиять на рынок, сохранится кадровый дефицит, — говорит он. — Мы рассчитываем на снижение ключевой ставки, что может оживить отрасль и дать новые инвестиционные импульсы».

Главным вызовом для аграриев юга России остается изменение климата, вторит ему Алексей Торбенко. «Засуха стала новой реальностью для Краснодарского края и соседних регионов, и мы системно адаптируемся к этим условиям. Стратегия “Прогресс Агро” по борьбе с климатическими рисками включает несколько направлений. Во-первых, это масштабные инвестиции во влагосберегающие технологии — за последние годы мы направили на закупку спецтехники более 550 млн руб. Во-вторых, ставка на собственную селекцию: в 2025 году специалисты нашего НПО “Семеноводство Кубани” зарегистрировали новые засухоустойчивые гибриды кукурузы и подсолнечника. Третий вектор — цифровизация: в прошлом году мы развернули на наших полях сеть портативных метеостанций, данные с которых обрабатывает искусственный интеллект, помогая агрономам определять оптимальные окна для полевых работ», — рассказывает руководитель.

Второй серьезный вызов — кадровый дефицит, который компания также частично нивелирует за счет цифровизации. Внедрение экосистемы «История поля» снизило нагрузку на агрономов, а использование ИИ для контроля кормовых столов на фермах и автопилотов на технике позволило сократить издержки в среднем на 5%. Параллельно продолжается активная работа с вузами, где компания реализует программы оплачиваемых стажировок и практик и совместные проекты для подготовки молодых кадров.

«Эпоха простых решений прошла»

Алексей Торбенко, Директор по стратегическому развитию ГК «Прогресс Агро»

Мы убеждены, что будущее АПК Краснодарского края и нашего холдинга не в экстенсивном росте, а в умной интенсификации. Эпоха простых решений прошла. Главной точкой роста становится создание максимальной добавленной стоимости. Мы видим устойчивый тренд: структура российского агроэкспорта трансформируется, доля сырья падает, уступая место готовой продукции. Именно продукт переработки генерирует основную маржу. Поэтому глубокая переработка — это наш главный стратегический вектор.

Второе перспективное направление — это «зеленая» повестка. Развитие органического земледелия и внедрение технологий, соответствующих международным экологическим стандартам, открывает нам доступ к премиальным экспортным рынкам. Третий важный вектор — логистика и хранение. Мы видим потребность в современных хабах для перевалки, качественного хранения и фасовки продукции, которые позволят оптимизировать цепочки поставок. В долгосрочной перспективе мы делаем ставку на три слагаемых успеха: технологии, создание сильных брендов и уход в глубокую переработку сырья.

«Наконец, критическим фактором для развития всего сектора остается высокая ключевая ставка ЦБ. Текущий уровень стоимости денег существенно ограничивает возможности для эффективной инвестиционной политики. Мы рассчитываем, что государство и регулятор займут четкую позицию по ее снижению, так как без доступного финансирования реализация долгосрочных проектов в АПК затруднительна», — подчеркивает Торбенко.

Главные сложности 2025 года были связаны с двумя факторами: кадровым рынком и стоимостью заемного капитала, соглашается Марина Маркина. «Для решения первого вопроса мы сосредоточились на повышении производительности труда и автоматизации процессов, существенно расширили взаимодействие с ССУЗами и ВУЗами, наладили работу со студотрядами, — комментирует она. — Высокая стоимость заемных средств потребовала более тщательного подхода к финансовому планированию, что позволило реализовать всю запланированную инвестиционную программу».

Планы на год

В этом году сложные макроэкономические условия сохранятся, а снижение ключевой ставки на фоне сильных инфляционных импульсов будет плавным, считает Василий Кутьин. «При оптимистическом прогнозе мы можем увидеть ключевую ставку в коридоре 12-13% только к концу года, — считает он. — Это существенно затруднит возможности инвестиций в АПК, поскольку текущая рентабельность сельхозпроизводства все еще низкая». По его словам, 2026 год для АПК может стать фазой сосредоточения и накопления ресурсов, укрупнения хозяйств за счет слияния и поглощения, а также выработки механизмов повышения эффективности. «Тем не менее с высокой долей вероятности можно прогнозировать, что темпы роста сектора сохранятся на прежнем уровне. Согласно прогнозу Минэкономразвития, в 2026 году производство продукции АПК увеличится на 3,9%», — добавляет он.

Дмитрий Краснов говорит, что точками роста АПК видятся наращивание производства базовой продукции растениеводства, высокотехнологичные сегменты и экспорт продукции с добавленной стоимостью. При этом стабильно высокие валовые сборы зерна (прогноз 135-140 млн т) создают экспортный потенциал, реализация которого остается в зоне серьезных рисков из-за снижения рентабельности производства, низкой ценовой конъюнктуры и потери конкурентоспособности на фоне растущего мирового предложения. «Значительным резервом являются неиспользуемые пашни (около 44 млн га по стране в долгосрочной перспективе) и импортозамещающие агротехнологии (семена, СЗР) — они открывают возможности для расширения производства. Однако 2026 год, скорее всего, не приблизит нас к реализации этого потенциала, — считает он. — В базовом сценарии на этот год аграрии продолжат экономить и воздерживаться от инвестиций, которые не подкреплены возможностями внешнего и внутреннего потребления».

В сегменте растениеводства ключевым драйвером долгосрочного роста является развитие глубокой переработки, считает Власов. «При этом должны увеличиваться не только объемы производственных мощностей, но и рост глубины переработки, то есть, должны производиться более глубокие и сложные переделы с высокой добавленной стоимостью», — уточняет он. По его словам, сельхозпроизводители готовы подстраивать свои посевные площади под запросы переработчиков, что, например, демонстрирует рынок рапса — за последние пять лет объемы сбора рапса выросли практически в два раза благодаря появлению новых мощностей по производству масла. В животноводстве на фоне относительного насыщения внутреннего рынка по основным видам мяса ключевым драйвером является наращивание экспортных поставок, в том числе продукции мясопереработки, добавляет Власов.

«Талина» в 2026—2027 годах планирует планомерное увеличение объемов производства свинины за счет строительства и ввода в эксплуатацию к концу 2026-го двух очередей свиноводческих комплексов. До конца 2027 года будут введены еще четыре очереди. «Параллельно развиваем принципиально новое направление — производство готовых продуктов, наш проект "Большая кухня" с заводом замороженных полуфабрикатов и новым заводом хлебобулочной продукции и пиццы, — делится Маркина. — Также развиваем инфраструктурные проекты: строительство мощностей по подработке, хранению и перевалке зерна в селе Гагино Нижегородской области на 60 тыс. т». Общий объем инвестиций в этом году запланирован на уровне 26 млрд руб., в 2025-м было более 15 млрд руб., добавляет она.

Агрохолдинг «Степь» в 2026 году сохраняет фокус на повышении эффективности и продуктивности. Существенных изменений в структуре севооборота или сокращения площадей не планируется. Рост производства предполагается обеспечивать за счет внедрения цифровых решений, развития собственной селекции, использования устойчивых к засухе сортов и дальнейшего масштабирования современных агротехнологий, рассказывает Недужко. «Компания уже давно развивает свою стратегию импортозамещения. В этом году фокус будет направлен на развитие семеноводческого дивизиона. Это в первую очередь развитие селекции импортозависимых сортов зернобобовых культур, таких как нут, горох, а также создание новых высокопродуктивных сортов и гибридов пшеницы, — делится он. — Речь идет об обеспечении внутренних нужд компании и коммерциализации этого направления деятельности компании. В перспективе двух лет мощность селекционного дивизиона должна достигнуть 50 тыс. т по зерновым и бобовым культурам». Также существенный потенциал сохраняется в молочном сегменте. Динамика вложений будет во многом зависеть от макроэкономической ситуации и уровня процентных ставок, уточняет Недужко.

«Башкир-агроинвест» в этом году планирует сохранение и расширение производства, прежде всего в рамках уже реализуемых проектов. «Приоритетам для нас остается поступательная цифровая и технологическая трансформация, а также исследования в области селекции, — поясняет пресс-служба компании. — Продолжим работать над экспортной стратегией и развитием поставок на мировой рынок. Из социальных проектов отметим строительство поселка для наших сотрудников, в этом году будет возведено 100 домов».

«Прогресс Агро» последовательно реализует стратегию перехода от сырьевой модели к производству продукции с высокой добавленной стоимостью. Ключевым событием этого года станет запуск нового мукомольного комплекса в Усть-Лабинске мощностью 450 т в сутки. В совокупности с уже действующей мельницей это позволит компании выйти на показатель 600 т переработки в сутки и стать одним из крупнейших игроков на юге России. «Такой масштаб позволит кратно нарастить выпуск готовой продукции и начать активную экспансию на новые рынки как внутри страны, так и за рубежом», — оценивает Торбенко.

«Кроме того, мы планируем значительное увеличение объемов производства сахара. Рост будет обеспечен расширением посевных площадей под сахарную свеклу в рамках нашего земельного банка, — продолжает он. — В целом мы сохраняем курс на дальнейшее масштабирование и диверсификацию бизнеса. Рассматриваем различные варианты роста: как за счет строительства новых производственных мощностей с нуля, так и через приобретение действующих активов».

Также «Прогресс Агро» продолжает инвестиции в развитие индустриального парка «Кубань» в Усть-Лабинске. В перспективе его запуск станет драйвером диверсификации экономики района, создав новую точку роста с рабочими местами и налоговой базой, уверен Торбенко. «Что касается общей динамики инвестиций компании по сравнению с 2025 годом, то давать прогнозы сейчас сложно. Объем вложений будет напрямую зависеть от движения ключевой ставки ЦБ. Мы будем гибко корректировать нашу инвестпрограмму в зависимости от стоимости заемного капитала», — уточняет он.